Напишут ли книги о работе Нацбанка во время войны?

ZN.UA Эксклюзив Опрос читателей
Поделиться
Напишут ли книги о работе Нацбанка во время войны? © sergioz / depositphotos
И другие неудобные вопросы к НБУ

Руководство Национального банка почивает на лаврах.

Инфляция снижается даже быстрее, чем ожидал сам НБУ, обменный курс остается относительно стабильным, достигнуты договоренности с МВФ о заключении программы расширенного финансирования на четыре года объемом 15,6 млрд долл., несмотря на полномасштабную войну.

Авторитетное английское издание Central Banking неустанно присуждает НБУ награду за наградой. На волне эйфории НБУ координирует проведение в Украине международной информационной кампании по финансовой осведомленности Global Money Week («Всемирная неделя денег»), а в ее же рамках начинает второй набор в Школу финансовой грамотности для педагогов «Талан». В мае же должна состояться Шестая научная конференция НБУ и Киевской школы экономики для студентов и молодых исследователей на тему «Банковский сектор и монетарная политика: перспективы развития».

То есть Национальный банк системно работает над распространением финансовой осведомленности среди граждан Украины разного возраста. Но и сам не останавливается на достигнутом.

В начале марта НБУ обнародовал приоритетные направления своих исследований до 2025 года,актуализированные с учетом военных реалий. Перечень направлений не имеет принципиального значения, каждый желающий может ознакомиться с ним по ссылке.

Важно другое. НБУ в «приоритетных направлениях» констатирует, что исследование является чрезвычайно важной функцией центрального банка, который может и должен создавать новые знания, чтобы адаптироваться надлежащим образом в изменчивой среде.

Эти «новые знания» Нацбанк несет в массы, в частности, путем участия аналитиков и исследователей в публичных дебатах и научных мероприятиях, что, по логике НБУ, «способствует усилению подотчетности и прозрачности центрального банка и, соответственно, повышению доверия к процессу принятия решений центральным банком, и в результате — к его политике».

Как именно участие исследователей из Нацбанка в научных мероприятиях способствует усилению его подотчетности, остается только догадываться. Ведь в статье 51 закона о НБУ, определяющей понятие его подотчетности, нет ни единого слова о публичных дебатах и научных дискуссиях.

Творцы «приоритетных направлений» отмечают, что коммуникация центрального банка становится все более важным элементом монетарной политики. С этим сложно не согласиться, поскольку без специфического информационного сопровождения многие решения Нацбанка в сфере монетарной политики вряд ли были бы восприняты обществом.

Дело в том, что, кроме громких и привлекательных лозунгов, вся эта научно-просветительская активность НБУ преследует вполне конкретную и прагматическую цель: сформировать комфортное для себя общественное мнение и «герметизировать» профессиональное сообщество. Этому делу НБУ отдается в полной мере, не слишком выбирая средства. Как говорил один нерядовой немец, ложь, повторенная тысячу раз, становится правдой.

В рамках такого «информационного пузыря» ни у кого не должно возникать сомнений в искренности действий и намерений НБУ. Согласно правилам жанра, никто, скажем, не должен был бы задать вопрос, насколько правомерно стремление Нацбанка увеличивать «привлекательность гривневых активов». А такой вопрос является принципиальным, поскольку именно этим было обосновано повышение учетной ставки до сверхвысокого уровня 25% летом прошлого года.

Где сказано, что НБУ должен заботиться о защите доходов и сбережений и повышении привлекательности гривневых активов?

Цели регулятора определены статьей 6 закона о НБУ. Среди них есть стабильность денежной единицы, ценовая и финансовая стабильность (что в комплексе как раз и защищает сбережения), содействие соблюдению устойчивых темпов экономического роста и даже поддержка экономической политики Кабинета министров Украины. Но в законе нет ни слова о «привлекательности активов»!

Как подтвердила практика второй половины 2022 года, логика НБУ не сработала. Повышение учетной ставки практически не сказалось на ставках по депозитам, что в итоге заставило Нацбанк прибегнуть к «архаическому», но действенному инструменту — повышению нормативов обязательного резервирования для банков.

Обменный курс фиксированный и держится за счет многочисленных валютных ограничений и беспрецедентных интервенций НБУ по продаже валюты. Потенциал роста наличного курса ограничен существенно упавшими доходами граждан. То же касается и инфляции, которая снижается за счет угнетенного потребительского спроса. При чем здесь учетная ставка?

Но результатом повышения учетной ставки стали рост стоимости обслуживания государственного долга, стремительное увеличение процентных расходов НБУ по депозитным сертификатам (которые фактически являются недополученными доходами бюджета), а также невозможность кредитования реального сектораэкономики вне государственных программ. Вне «информационного пузыря» НБУ такие результаты воспринимаются не иначе, как преступление против собственного государства.

В условиях войны и невозможности обеспечить ценовую стабильность безусловным приоритетом НБУ должны были бы стать не повышение «привлекательности гривневых активов», а вопрос финансирования дефицита бюджета и, соответственно, проблема государственного долга. Если сузить, то критически важным вопросом, которым должен был бы заниматься Нацбанк, является цена обслуживания долга, то есть ставка по государственным облигациям. Учитывая увеличение потребности в долговом финансировании, НБУ должен был бы сделать все возможное и невозможное для того, чтобы эта ставка не росла, а в идеале — снизилась.

Это хорошо понимали руководители ведущих центральных банков в годы Второй мировой войны, сделав выводы из последствий Первой мировой. Но для этого нужно мыслить как государственник, а не как рантье.

НБУ, вместо этого, ставит перед собой диаметрально противоположную цель — добиться повышения ставок по государственным облигациям, действуя исключительно в интересах финансовых посредников, в частности банков. Тем самым Нацбанк значительно увеличивает риск обесценивания гривни в будущем (как средства снижения долгового бремени).

Все это является обратной стороной «независимости» Национального банка, которой он радуется по доброй воле общества и власти. Вы будете удивлены, но закон о НБУ не предусматривает какой-либо «независимости» — только «экономическую самостоятельность».

Еще 20 лет назад нобелевский лауреат Джозеф Стиглиц в своей статье Big lies about central banking обращал внимание на серьезные недостатки концепта независимости центрального банка с исключительной ориентацией на ценовую стабильность. По его мнению, технократы и игроки финансового рынка, получающие выгоду от такого институционального устройства, провели впечатляющую работу, убедив многие страны в его преимуществах и необходимости воспринимать монетарную политику как технический вопрос, который должен стоять над политикой.

То есть «независимость» центрального банка означает ничто иное, как вывод его за рамки демократического процесса и освобождение от ответственности за последствия принятых решений (в первую очередь в сфере монетарной политики).

То есть Национальный банк, проявляя большое рвение в сфере исследований и просветительской деятельности, всего лишь пытается осуществить в ускоренном режиме то, что другие центральные банки сделали «плавно» несколько десятилетий назад. И из-за этого часто перегибает палку и вместе с тем не успевает за развитием событий.

Ведь если бы Национальный банк шел в ногу со временем, то тщательно изучать следовало бы не «возможность будущего пересмотра инфляционной цели» (как предусмотрено приоритетными направлениями исследований), а саму целесообразность влияния на инфляцию средствами монетарной политики, тогда как рост цен обусловлен затратами/шоками предложения.

В целом НБУ следовало бы проявить уважение к украинскому народу (то есть к своему собственнику) и отказаться от ретрансляции давно дискредитированных практик, доводя их до абсурда. А также не прибегать к инфантилизму, рассказывая «просто об экономике» людям, которые голыми руками останавливают танки. Не говоря уж о людях, делающих это с оружием в руках.

Украинцы находятся на острие борьбы демократии против деспотии, поэтому заслуживают того, чтобы плодами их борьбы не пользовалась в собственных интересах кучка технократов и финансовых спекулянтов. Если Украина в состоянии изменить мир, то НБУ с позиции «центрального банка года» мог бы выйти из зоны комфорта и предложить миру рецепт возврата монетарной политики на службу общественному благу. И об этом написали бы в книгах.

Больше статей Михаила Джуса читайте по ссылке.

Поделиться
Смотрите спецтему:
Заметили ошибку?

Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter или Отправить ошибку

Добавить комментарий
Всего комментариев: 0
Текст содержит недопустимые символы
Осталось символов: 2000
Пожалуйста выберите один или несколько пунктов (до 3 шт.) которые по Вашему мнению определяет этот комментарий.
Пожалуйста выберите один или больше пунктов
Нецензурная лексика, ругань Флуд Нарушение действующего законодательства Украины Оскорбление участников дискуссии Реклама Разжигание розни Признаки троллинга и провокации Другая причина Отмена Отправить жалобу ОК
Оставайтесь в курсе последних событий!
Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Следить в Телеграмме